Глава 18

Я ездил в колледж, но никогда не терял стремления к рестлингу, он по-прежнему был для меня всем. Поэтому, когда у меня появилась возможность поехать в трехнедельный тур по Виннипегу, я решал, учёба или нет. К счастью, мои учителя понимали и были снисходительны. Диана собирала все мои домашние задания, а я потом делал двойную работу, когда возвращался домой.

В поездке участвовали Свингер, Джо и я. Я предполагал, что это будет как наш последний набег в Виннипег. Люди, как я был неправ! Я был совершенно не готов к ледяному аду на земле, с которым я столкнулся. Было два положительных момента в этой поездке: бесценный опыт, который я хотел получить, и команда ребят, которые делали поездку. С нами были Дон Каллис, Ленни Ольсен (Доктор Лютер), Джетро Хогг и его домашняя свинья Снутс, Дезвулф Фенрис (Пол Лэзенби), молодой Лэнс Шторм, ну и трое нас (считайте, парни из Торонто, хотя Свингер и был родом из Ниагара Фоллс, штат Нью Йорк).

Мы приземлились в Виннипеге (нет, это не опечатка, поверьте мне) и взяли такси до нашего отеля. Отель Континенталь. Поищите слово «свалка» в словаре, там должна быть картинка Континенталя. Он был на пару с Мотелем Панорама. Мог ли я знать, что единственная кровать, на которой я буду спать на протяжении всего тура, будет в Континентале. Проведя весьма нервную ночь вместе с тараканами размером с Кадиллаки, я следующим утром выбрался из отеля, ожидая, чтобы присоединиться к началу тура.

Наконец, белый длинный Эконо-Фургон остановился. За рулем был промоутер Тони Конделло. Даже в рестлинг-бизнесе Тони является единственным в своём роде. Как вы позже поймете, у Тони весьма своеобразное чувство юмора. Но я забегаю вперед. Давайте вернемся к нашей поездке. Мы все сели в фургон, новые ребята сзади. А мы, Парни из Торонто, были новичками. У остальных были с собой консервы и спальные мешки, что заставило меня в задумчивости почесать затылок. У меня засосало под ложечкой, и это чувство никак не прекращалось, потому что мы всё ехали, ехали и ехали. Цивилизация осталась далеко позади и мы познакомились с такой дерьмовой штукой, имя которой «зимняя дорога». Я знаю, это звучит как плохая баллада группы Cindirella, но это было намного хуже.

Что такое «зимняя дорога», спросите вы? Это когда снегоуборочный вездеход проходит через густые северные канадские леса, оставляя за собой грубый, неровный, канавоподобный, размером с Гранд-Каньон, путь. Всё это, плюс добавьте ёё особенность покрываться льдом и снегом. Да! Скажем так, отрезок зимней дороги был примерно сто шестьдесят миль, и занял двадцать часов! Это был реально ад на земле (ну если не считать матчи клоуна Доинка). Погода была всегда тридцать градусов по Цельсию и больше… ниже нуля! Добавьте фактор холодного ветра, и вы поймете, что в задней части машины, до куда не доходило тепло обогревателя, был настоящий дубак. Помните, кто сидел сзади? Да, всеми любимый Edgesicle! Конечно, будучи семи пядей во лбу, я также носил военные ботинки со стальными подносками. Не самый лучший выбор, чтобы держать ноги в тепле. Если и было время, когда я сомневался в правильности выбора карьеры, так это во время этой поездки. По большей части я не сомневался в этом ни разу.

Очевидно, что не было никаких ресторанов вдоль этой чертовой дороги, следовательно, все запаслись едой. Все, за исключением Свингера и меня. У Джо уже был зимний тур смерти за плечами, поэтому он не забыл взять с собой поесть, но он забыл сказать об этом нам. Тем не менее, Джо — один из самых отзывчивых людей, что я знаю, так что он поделился с нами.

Через двадцать четыре часа мы, наконец, прибыли на наше первое шоу в индейской резервации под названием Оксфорд Хаус. От этого названия у меня до сих пор мурашки бегают по моей больной спине. С учетом холодного ветра в полную силу температура была -72 по Цельсию. Самая холодная погода, с которой я когда-либо сталкивался. Если вы будете дышать через нос, ваши ноздри смёрзнуться. Если вы будете дышать через рот, вы не сможете говорить. Нас предупредили, что обморожение кожи может произойти за 30 секунд, так что нам посоветовали не выходить на улицу.

Во время нашего паломничества на север маленькую резервацию постигла трагедия. Подросток шел по замерзшему озеру с канистрой бензина, надышался и его сердце остановилось. Обычно резервация полностью закрыавлась на неделю траура. У вас назначено, а она закрыта, включая и наше шоу. До следующего шоу было три дня, идти было некуда. Мы остались заперты в весьма спартанской обстановке — нас поселили спортзале школы Оксфорд Хауса.

Пока продуктовый магазин не закрылся, мы со Свингером сходили за продовольствием. Заезды в эти гиблые места для развозчиков провианта оплачивались дополнительно. Вероятно по эквиваленту империи P. Diddy. Это, разумеется, повысило цены: 4 доллара за банку тунца, 6 долларов за бутылку диетического Пепси и так далее. Из-за этого я вынужден был брать в кредит (в счёт моей будущей зарплаты), что привело меня к финансовой дыре ещё до того, как мы провели первое шоу. Стало ещё хуже (как будто это было возможно): одной холодной ночью электричество выключилось. Замёрзли линии электропередач. Мне светило провести ночь в спортзале бе спального мешка… я не упоминал, что было минус 72 на улице? У меня для вас два слова, и это не «Suck it» Дегенератов Х, это «О черт». Мы положили наши синие гимнастические коврики (наши кровати) вместе и и прижались друг к другу, пытаясь хоть как-то согреться. Наконец все же включилось вспомогательное электрообеспечение, и мы все с облегчение выдохнули. Причем из-за холода пар этого выдоха мы отчетливо увидели.

После этой жести в Оксфорд Хаус мы двинулись дальше, закончили тур, успев уделить время и нашим некоторым классическим приколам — всё за счет нашего промоутера, похожего на Папу Карло — Тони Конделло. Тони, наверное, самый смешной человек, которого я когда-либо встречал. Он может произнести что угодно на своём гибриде итало-английского языка, и это будет нечеловечески смешно.

Во многие из этих туров смерти Тони не брал рефери. Ребята исполняли двойные обязанности — рестлера и рефери, пока, наконец, в резервации под названием Литл Гранд Рапидс мы решительно не запротестовали. Это означало, что теперь Тони будет нашим судьёй. Он также был анонсером, представляющим нас во время выхода на ринг, так что теперь мы умирали от смеха не только из-за его жесткого акцента, но и от его уморительной манеры судить матчи. В конечном счете Ленни вместе с Доном задумали злую, но блестящую схему:

Им удалось украсть очень яркие красные тренировочные штаны Тони, которые он носил будучи рефери. Пока мы отвлекали Тони, промежность штанов была намазана согревающей мазью. Теперь, если это глубокое согревание становится довольно теплым для спины и плечей, то вы можете себе представить, что оно сделает с вашими нижними регионами, независимо от того, есть на вас нижнее бельё или нет.

В ту ночь был аншлаг. С первым звонком мы все собрались у входа и наблюдали, как Тони ёрзал и «ласкал» себя. Когда пришло время для моего матча, я подошел к Тони, и он своим уникальным прононсом сказал: «Ох, черт, я здесь умираю! Мои яйца в огне!» Как я ни старался, я не смог сохранить невозмутимый вид.

Стало ещё хуже. Моим оппонентом был Ленни, и во время матча мы «случайно» врезали Тони между ног. Наконец, матч подходил к концу, Тони уже начал надеяться расслабиться. Зря. Я забросил Ленни в угол для десяти страшных ударов из ада, несомненно основных в репертуаре любого законного бэбифейса, но в эту ночь это приняло дополнительный оборот. Когда я закончил изображать Дэйва Грола, молотя голову Ленни, он сделал классический бамп в стиле Рика Флэра в сторону Тони, успев схватить и стащить его штаны. Тони остался в маленьких трусах-бикини, с отвисшей челюстью, в полном шоке. К тому времени когда он пришел в себя, Ленни уже крепко держал его штаны и не давал Тони натянуть их обратно. Эта битва была тяжелее нашего матча!. Лицо Тони было краснее, чем его штаны. Зрители умирали со смеху, думая, что это было частью шоу.

Это, впрочем, было только начало. Один из парней в туре, Джетро Хогг (которого Тони ошибочно называл Джерико Хогг), взял с собой в поездку свинью по имени Снутс (Тони всегда ошибочно назвал её Снуз). Тони до смерти её боялся. И вот как-то ночью Ленни и Дон проложили дорожку из хлебных крошек к постели Тони (вездесущим синим коврикам из тренажерного зала), а также по всей его заветной шевелюре. Потом они туда же добавили желтый пищевой краситель. А он всё это время крепко спал и даже не шелохнулся.

Затаив дыхание, мы все делали вид, что спим, и ждали, чтобы посмотреть, что же произойдёт. Так же, как мистер Бернс спускал собак на Барта Симпсона, они спустили свинью на Тони. Она тут же напала на след хлебных крошек. Медленно похрюкивая по пути к храпящему Конделло, она ненадолго остановилась, чтобы обнюхать его погружённую в глубокое тепло промежность, перед тем как двинуться к хлебу, помещенному в его шевелюре — кислотно-желтого цвета. Примерно через тридцать секунд, как свинья начала жевать его голову, Тони проснулся и встретился лицом к лицу со страшным Снутсом. Наступило неловкое молчание, и мне показалось, что где-то заиграла музыка из фильмов Клинта Иствуда и недалеко прошелестело перекати-поле. Было три часа ночи в городе Литл Гранд Рапидс, и несчастный итальяшка сорвался.. Он побежал в ванную и закричал: «Свинья нагадила мне на голову!» Мы хохотали до слез, натурально умирая от смеха. Тони вышел из ванной, схватил клюшку и гонялся за нами по тренажерному залу, чуть не обезглавив Лэнса (которого Тони ошибочно называл Лэнд Шторм, я не шучу), пока он не выдохся, благо это не заняло много времени.

Как правило, шутки над промоутером — это не очень хорошая идея, если вы хотите получить зарплату. Представьте себе, если положить пищевой краситель в волосы Винса, я не думаю, что он будет столь же понимающим. Как я уже сказал, Тони является единственным в своем роде, и к счастью, у него хорошее чувство юмора ко всем шуткам направленным на него.

Мы выжили до конца путешествия, и в конце даже провели отменённое шоу в Оксфорд Хаус. Это снова заняло двадцать четыре часа, в результате чего наше общее время пути к Оксфорд Хаус и обратно дотянуло до девяноста шести часов. Всё это с целью получения королевского вознаграждения в размере 75 долларов. Благодаря комбинации холодной погоды, моих ботинок со стальными носками и недостатка в питании, я в конечном итоге заработал сильный фарингит. По окончании тура у меня было достаточно денег, чтобы улететь домой, правда эконом-классом, но как ни странно это звучит, оно того стоило.